Зверь для Норна - Страница 1


К оглавлению

1

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

Худощавый мужчина разыскал Хэвилэнда Тафа, когда тот расслаблялся в пивной на Тэмбере. Таф сидел в одиночестве в самом темном уголке тускло освещенной таверны, положив локти на стол и едва не задевая лысым теменем деревянную балку под потолком. Перед ним стояли четыре пустых кружки в растекшихся изнутри по стенкам кольцах пены, пятую же, ополовиненную, бережно держали огромные мозолистые ладони.

Если Таф и сознавал, что другие завсегдатаи нет-нет да и наградят его любопытным взглядом, вида он не подавал; он методично, залпами, поглощал эль, а лицо, белое точно кость и совершенно безволосое (как и все тело), ничего не выражало. Пьющий в одиночестве в своей кабинке, Таф – мужчина героических пропорций, великан с сокрушительным ударом подстать, – представлял собой фигуру исключительно своеобразную.

Однако на деле одиночество Тафа было не совсем полным; на столе перед Хэвилэндом клубком темного меха лежал и спал его черный кот Дэкс, и порой Таф, отставив кружку с элем, лениво гладил своего тихого товарища. Удобно устроившийся меж пустых кружек Дэкс и ухом не вел. В сравнении с другими кошками этот кот был совершенно таким же гигантом, как Хэвилэнд Таф – в сравнении с другими людьми.

Когда худощавый мужчина подошел к кабинке Тафа, Таф не сказал ничего. Он просто поднял глаза, заморгал и стал ждать, чтобы пришедший начал.

– Вы Хэвилэнд Таф, продавец животных, – сказал тощий. Он действительно был болезненно худ: одежда – сплошь черная кожа и серые меха – свободно болталась на нем, местами провисая. Однако человек этот явно располагал определенными средствами, поскольку его лоб под копной черных волос охватывала тонкая бронзовая диадема, а все пальцы были унизаны перстнями.

Таф погладил Дэкса и, глядя вниз, на кота, заговорил.

– Ты слышал, Дэкс? – спросил он. Говорил Таф чрезвычайно медленно, глубоким басом, в котором слышался лишь намек на интонации. – Я Хэвилэнд Таф, продавец животных. Или таковым меня полагают. – Тут он взглянул на стоявшего перед ним снедаемого нетерпением худощавого мужчину. – Сэр, – сказал он, – я в самом деле Хэвилэнд Таф. И действительно торгую зверями. Но, возможно, все же не считаю себя продавцом животных. Возможно, я считаю себя инженером-экологом.

Тощий мужчина взбешенно махнул рукой и, без приглашения проскользнув в кабинку, очутился напротив Тафа.

– Я понимаю, вам принадлежит корабль-сеятель из состава древнего Экологического Корпуса, однако это не делает вас инженером-экологом, Таф. Все они мертвы – мертвы не одно столетие. Но раз вам предпочтительнее называться инженером-экологом, хорошо. Будь по-вашему. Мне требуются ваши услуги. Я хочу купить какое-нибудь чудовище – огромного, лютого зверя.

– Ага, – сказал Таф, снова обращаясь к коту. – Незнакомец, рассевшийся за моим столом, желает купить чудовище.

– Меня зовут Хирольд Норн, если вас беспокоит это, – сказал тощий. – Я – Старший Звероусмиритель своего Дома, одного из двенадцати Великих Домов Лайроники.

– Лайроника, – заявил Таф. – Я слышал о Лайронике. Соседняя с этой планета, если двигаться к Фринжу, верно? Ценимая за свои игорные арены.

Норн улыбнулся.

– Дада, – сказал он.

Хэвилэнд Таф почесал Дэкса за ухом (почесал странно ритмично), и кот не спеша, зевая, развернулся и глянул вверх, на тощего. Тафа затопила волна успокоения – похоже, посетитель не лгал и не питал дурных намерений. Если верить Дэксу. Все кошки обладают малой толикой пси; в случае Дэкса выражение «малая толика» не годилось – об этом позаботились генетики-чародеи из исчезнувшего Экологического Корпуса. Дэкс читал для Тафа мысли.

– Дело проясняется, – сказал Таф. – Быть может, вы потрудились бы развить тему, Хирольд Норн?

Норн кивнул.

– Конечно, конечно. Что вам известно о Лайронике, Таф? В особенности об игорных аренах?

Тяжелое, совершенно белое лицо Тафа по-прежнему не отражало никаких эмоций.

– Некие мелочи. Возможно, их недостаточно, если я собираюсь вести с вами дела. Растолкуйте, чего вы желаете, и мы с Дэксом обдумаем это.

Хирольд Норн потер худые ладони и опять кивнул.

– Дэкс? – сказал он. – Ах, да, конечно. Ваш кот. Красивое животное, хотя лично я никогда не любил зверей, не способных вести бой. Я всегда говорю: настоящая красота – в убойной силе.

– Своеобразное отношение, – заметил Таф.

– Нетнет, – сказал Норн, – вовсе нет. Надеюсь, работа здесь не заразила вас тэмберийской брезгливостью.

Таф в молчании осушил свою кружку, посигналил, чтобы подали еще две, и хозяин заведения не замедлил их принести.

– Благодарю, благодарю, – сказал Норн, когда перед ним поставили золотую пенящуюся кружку.

– Продолжайте.

– Да. Видите ли, Двенадцать Великих Домов Лайроники состязаются на игорных аренах. Началось это… о, столетия тому назад. До той поры Дома воевали. Однако нынешний способ куда лучше. Отстаивается честь рода, делаются состояния и никому не наносят увечий. Понимаете, каждый Дом управляет обширными землями, беспорядочно разбросанными по всей планете, и, поскольку заселены они весьма скудно, животная жизнь так и кипит. Много лет назад во время перемирия властелины Великих Домов начали проводить бои животных. Оказавшееся приятным развлечение коренилось в глубинах истории – быть может, вы знаете о древнем обычае устраивать петушиные бои? Или о римлянах, племени, населявшем Старушку-Землю, что обыкновенно стравливало на своих колоссальных аренах всевозможных диковинных зверей?

Норн умолк и отхлебнул эля, ожидая ответа, однако Таф попросту погладил тихого, но настороженного Дэкса и ничего не сказал.

1